Любопытно, что же происходило 22 ноября в начале 20 века? Об этом может поведать нам Михаил Пришвин в своих Дневниках.

"В Лавре снимают колокола, и тот в 4000 пудов, единственный в мире, тоже пойдет в переливку. Чистое злодейство, и заступиться нельзя никому и как-то неприлично: слишком много жизней губят ежедневно, чтобы можно было отстаивать колокол".

 22 ноября 1929 года

  22 [Ноября] 1934 года;  вечером в 7 вернулся в Москву. Заключен договор на однотомник «Охота» (20–25 листов). Необходимость письма к Горькому о собраниях сочинений. Свидание с Бухариным. Чуть не попал в Кабарду. Куплено ружье тульское системы Лейденера (начало осуществления путешествия на Кавказ). Узнал о беременности Галины (тут Левин гений...). Биллиард в Доме писателей и Орешин. Устанавливается форма высшей близости, гарантирующая недоступность личности. Союз писателей – это именно и есть управление по литер, делам, тут морг, а настоящий живой писатель когда-нибудь вырвется из неведомой большой жизни..

   22 ноября 1935 года.

День в день – мороз в мороз, звезда в звезду.

Утро, начиная от предрассветного часа, когда совсем в темноте выходишь на охоту, и до большого утра, когда солнце взойдет на малое время, – и самое разнообразное из всех суток. Осман выследил зайца в то время когда кажется, что уже все звезды повышли на синем и осталась только утренняя спокойная звезда возле месяца, она вдруг спохватилась и откуда-то наспех выбежала проститься, и закатилась, и вот дышит, дышит. Через минуту, смотришь – исчезнет в синем небе? но месяц со звездой утренней будут еще долго, до тех пор пока не взойдет солнце.

Чудесное утро, но вечером ворвалась какая-то страшная еврейка из «Советск. писателя» и турист, искатель медвежьей берлоги. Ефр. Павл. не вышла чай наливать и, разрываясь между берложником и представительницей «массового» (какой-то отдел массового влияния литературы, что-то в этом роде), зло говорил с массовицей, делал скверные намеки на еврейское засилье в литературе, вообще показал себя... Когда будет квартира в Москве, назначу один день на растерзание, в остальные же дни, чтобы ни один человек...

Ворвалась... Тянется к тебе лапа и понимаешь где-то в «заднем» уме намерение лапы, но почему-то не скоро это доходит до ясного сознания, чтобы наступить на лапу ногой. И когда почти вытащат из тебя, то обижаешься на себя: ведь знал же я намерение лапы, но почему я не мог наступить.

Подробнее на ТАСС:
https://tass.ru/spec/prishvin